Каждый раз Париж является моему взору с неожиданной стороны: он то по-деловому сосредоточенный, то романтичный, то беспечный и озорной, то утонченный и рафинированный, то искренний и драматичный.
Но всякий раз я волнуюсь при встрече с его обитателями, стараюсь запечатлеть в кадре их истории.
Они существуют в одном временном измерении – люди с благополучной судьбой и те, кого она обидела своей благосклонностью, кто борется с тяжелыми жизненными обстоятельствами, старается держаться на плаву.
Карусель в саду Тюильри. Пока мама отдыхает, папа с крохой развлекаются. Сильные папины руки нежно и бережно прижимают к себе ребенка. Счастливое детство.
На эту фотографию нельзя смотреть безучастно. Еще не старая женщина: потухший взор… Безнадежность выражена во всем ее облике, чем она может помочь своему больному сыну-подростку? Немой вопрос, на который нет ответа.
Шарманщик завел свою нехитрую мелодию. Кот, разделяющий тяготы жизни своего хозяина. Неловкость и самоирония в глазах шарманщика (уличного музыканта). За фасадом скудного антуража богатая невзгодами жизнь.
А это уличный художник. Немногословен, мудр и талантлив. Очень одинок. Деликатно пообщается с вами, пока нарисует ваш портрет.
Старость всегда возмездие. Уходит красота, здоровье… Но особенно тяжела необеспеченная старость. Слезы безысходности в глазах старой женщины!
Жизнь еще улыбается этому месье. Ничем и никем не омраченное утро. Радуется каждому мигу бытия. И, может быть, когда-то этому господину «…на закат печальный блеснет любовь улыбкою прощальной»…
Когда человек любит и любим – весь мир принадлежит ему. Он самый богатый. Эта влюбленная пара трогает своей нежностью и пылкостью!
Искренне Ваша, Ольга Крылова
